Объект доверия

Как отмечалось, объектом доверия могут быть способности других людей или их мотивация. Яркий пример такого различия можно найти в истории движения Сопротивления. В странах, оккупированных Германией во время Второй мировой войны, члены Сопротивления время от времени погибали, потому что их принимали за немецких агентов. Случалось, хотя и реже, что их убивали, потому что не верили, что они будут держать язык за зубами. Человек мог оказаться пьяницей и быть ликвидирован Сопротивлением во избежание раскрытия опасной информации в пьяном виде. Более приземленный пример: я могу поставить под вопрос профессиональные навыки автомеханика или его честность. Я могу обратиться за дополнительной консультацией к другому врачу из-за сомнений в компетентности первого, хотя меня может беспокоить возможность назначения ненужной хирургической операции, чтобы набить себе карман. В дальнейшем я буду затрагивать главным образом вопросы честности.

В качестве иллюстрации плюралистического неведения использовалась культура потребления алкоголя. Во многих американских кампусах существует культура пьянства среди студентов, особенно мужского пола. Многим из них не нравится такой высокий уровень потребления, но они соглашаются пить, потому что ошибочно полагают, что и другие соглашаются4. Их поведение по отношению к алкоголю сообразуется с тем, что они ошибочно считают типичным поведением на кампусе, а не с их частными взглядами.

Еще один пример может быть почерпнут из эксперимента, в котором студентам предлагалось прочесть статью, сознательно написанную в таком бестолковом стиле, что она была практически нечитаемой, после чего их спрашивали, насколько хорошо они ее поняли и насколько хорошо, по их мнению, ее поняли другие. В одном случае студенты имели возможность подойти к экспериментатору и попросить у него помощи; в другом им было четко сказано, что они не могут этого сделать. Но даже в первом случае студенты не стали подходить к экспериментатору, потому что процедура была связана с риском поставить себя в неловкое положение. Однако каждый студент полагал, что, если он или она стеснялись обратиться за помощью, другие не делали этого, потому что понимали статью и не нуждались в помощи. Короче говоря, студенты в этом случае были склонны считать, что другие понимают статью лучше, чем они сами. В другом случае это различие исчезло. Гипотетически этот эффект мог быть связан с «синдромом старшего ребенка». Как отмечалось в главе XVIII, мы все осознаем наши тревоги и страхи, но так как у нас нет прямого доступа к внутреннему миру других, мы склонны считать их более зрелыми и лучше владеющими собой.